|
|
 |
«Умом одаренный и речью благой…» |
 |
| |
 В московском издательстве «Наука» в 2003 году была напечатана книга «Вторая муза историка». Эта книга – первое уникальное собрание художественных произведений 42-х российских историков ХХ века: стихи, рассказы, книжные иллюстрации, рисунки и карикатуры ушедших и ныне живущих историков.
Есть в ней и примечательная для ефремовцев публикация: здесь представлен наш земляк Лев Никитич Пушкарев. Он – видный специалист по истории русской культуры, общественно-политической мысли, признанный авторитет в области этнографии, фольклористики, источниковедения и археографии.
Эти сведения о Льве Никитиче прочла в книге, где также указаны его биографические данные и напечатаны замечательные стихи. Но, чтобы подробнее узнать о нем, его семье, решила навестить родную сестру знаменитого земляка – Наталью Никитичну, которую со старшим братом связывает многолетняя теплая и очень трогательная дружба. Сейчас брат и сестра видятся редко (он живет в Москве, она в Ефремове), но еженедельно пишут друг другу письма, обмениваются вырезками с интересными статьями из газет. И зовут друг друга ласково – Левушка и Талечка. Даже удивительно, что в таком зрелом возрасте (да простит меня Наталья Никитична!) – обоим уже за 80 – чувства брата и сестры такие нежные и преданные.Родословная ПушкаревыхБеседа о семье начинается с просмотра большого старинного альбома «Родословная Пушкаревых с 1790 года», написанной отцом Льва и Натальи. Сотворил ее Никита Кириллович собственноручно четким, каллиграфическим почерком, подкрепляя рисунками, фотографиями, графически изображенным генеалогическим древом рода, и в день своего семидесятилетия подарил своим детям. Начинается родословная с лобановского крестьянина Антона Пушкарева, родившегося в 1790 году. Это прадед Натальи Никитичны и Льва Никитича.
Их дед – Кирилл Афанасьевич – при крепостном праве был батраком у помещика Матвеева, который при Николае I отдал парня в солдаты. Отслужил Кирилл 17 лет, семь из которых участвовал в войне на Кавказе. За участие в войне ему была назначена пожизненная пенсия в размере… трех рублей в месяц.
Вернувшись со службы в тридцатисемилетнем возрасте, Кирилл Афанасьевич женился на семнадцатилетней Анастасии Бородиной. Было у Кирилла и Анастасии 9 детей, потом их осталось шестеро. Жили они в деревне Платоновке.
Земли, чтобы прокормить семью, было недостаточно, и Кирилл Афанасьевич работал на шоссейной дороге помощником, где получал еще 3 рубля в месяц. Детей своих был вынужден отдать в батраки. За время пребывания на войне Кирилл Пушкарев выучился читать и писать. И всех детей тоже этому выучил. Поэтому они пошли в школу уже грамотными, и их приняли сразу во второе отделение начальной школы.
Учились ребята всего по две зимы и окончили начальную школу. Дальше учиться было не на что. И братья, одновременно работая, занялись самообразованием. В результате пятеро стали бухгалтерами, перебрались в город, и только один занимался крестьянским хозяйством.
Наталья Никитична рассказывала, что в городе одно время ходили разговоры, правда, шуточные, о засилье Пушкаревых в Ефремове. И правда, пять бухгалтеров: Егор – на Павловском госзаводе, Василий – в коммунальном отделе, Петр – в кино, Тимофей – в гостранспорте и Никита – в райпотребсоюзе.Вот так они и жили…Когда началась Первая мировая война, Никите Кирилловичу Пушкареву было уже 32 года. Он был женат на учительнице Наталье Королевой. У них подрастал первенец – Борис. Жили в Лобаново. Отца семейства призвали в армию. Но воевать ему особенно не пришлось – был при штабе писарем, учетчиком. Грамотных людей в те годы мало было. Потом вернулся домой. В 1919 году родился еще сын Лева, а в 1921 – дочь Наташа.
Как писала мама в письме своим родственникам из деревни по поводу рождения дочки: «Принимала у меня роды прежняя акушерка. Была только один раз. Плата была продуктами. Отдала пять фунтов масла коровьего и семь фунтов ветчины мягкой, без костей…».
Были и еще дети у Пушкаревых, но дочка Зоя умерла при рождении, а брат-близнец Льва Игорь – в младенческом возрасте. Время было такое.
Когда младшей Наташе (в семье ее ласково звали Талечка) исполнилось четыре года, заболела и во время операции в Москве умерла Наталья Мефодьевна – жена Никиты Кирилловича. Сиротами остались ребятишки. Отец, подумав хорошенько, женился на Анне Ивановне Митропольской, тоже учительнице, как и первая жена, и, к тому же, крестной матери его детей.
«В семье всегда было очень светло, - рассказывает Наталья Никитична, - несмотря на то, что мать – неродная. Жили очень дружно, любили поэзию, часто устраивали праздники, отмечали дни рождения, и дети готовили родителям подарки своими руками – как правило, рисунки.
Мама работала во 2-й школе, и мы учились там же. А когда открылась образцовая школа № 1, маму перевели туда, и она забрала нас с собой».
Старший, Борис, вскоре вылетел из родительского гнездышка. Его биография весьма примечательна. С детства мальчик мечтал работать на железной дороге. Мечту свою осуществил. И не просто работал, а придумывал, как усовершенствовать этот вид транспорта. Было у него 35 изобретений. Стал кандидатом технических наук, носил звания Заслуженный изобретатель РСФСР, почетный железнодорожник. Кроме того, у него были золотые руки. Он жил в Москве, своими руками построил катамаран и несколько лет плавал по Москве-реке. Об этом с гордостью рассказывала Наталья Никитична, показывая мне вырезки из центральных газет со статьями о брате.
Когда в Ефремове началось строительство завода СК, отец, Никита Кириллович пошел туда работать главным инженером. Дел было невпроворот. Он очень похудел, часто и ночевать не приходил.
«Однажды, - описывает Никита Кириллович в Летописи, - я задержался на работе до пяти часов утра. Вдруг приходит моя жена Нюра с Левушкой и с чапельником (прихватка для сковороды – А. Б.), чтобы пригнать меня домой. Я, конечно, подчинился ее требованию и ушел с ними…»
Так, до момента пуска 1-й очереди завода и работал Никита Кириллович там. Здоровье стало подводить: сердце прихватывало, зрение ухудшилось. В 1933-м он перешел в артель инвалидов бухгалтером, все же получил 3-ю группу инвалидности. Но работу не оставил, заработав 55 лет трудового стажа. Кроме того, занимался и профсоюзной работой.
С удовольствием слушала рассказ о семье Пушкаревых и удивлялась, как постепенно малограмотные крестьяне, батраки, из поколения в поколение становились образованным, интеллигентным семейством, достигли таких высот. Это, конечно, благодаря огромной настойчивости, упорству в достижении цели и, несомненно, большим умственным способностям…
Но пора перейти непосредственно к главному герою моего повествования – Льву Никитичу.… и писал стихиВ семье Пушкаревых была собрана огромная библиотека русских и зарубежных классиков. Лева начал читать очень рано – в четыре года, быстро запоминал большие тексты. И писал стихи.
В 1938 году он поступил на филологический факультет Московского государственного педагогического института имени К. Либкнехта. Когда началась Великая Отечественная война, Лев, окончив третий курс института, ушел добровольцем на фронт. Сначала был связистом, потом служил в химических войсках. Часто писал домой. А маме прислал 10 посвящений в стихах. Вот одно из них:
Что примечательно, никто в семье, начиная с прадеда, никогда не ругался ни матерным, ни черным словом. Сам Лев Никитич вспоминает (читаю об этом в одной из газетных вырезок):
«Уходя на фронт в октябре 41-го года, я дал себе зарок: в армии не курить, не пить водки и не материться. И слово свое сдержал.
Рано утром 9 мая 1945 г. Меня позвали в большой зал, где и размещалась наша вторая рота. Захожу. Посреди стоит стол, на нем граненый стакан, до края наполненный водкой, на тарелке хлеб, луковица и открытая банка американской тушенки.
Кругом сидят бойцы с блестящими глазами и молча смотрят на меня. Старшина роты встает и говорит:
- Товарищ старший сержант! Всю нашу долгую службу мы удивлялись твоим хорошим манерам. Но ты нам всегда говорил, что вот когда кончится война, то ты тогда и выпьешь за Победу и изругаешь последними словами эту сволочь Гитлера. Так вот, выполняй свое обещание!
- Ребята, друзья, - сказал я. – Конечно, я выполню свое обещание. Но вы же знаете, что ругаться матерно я не умею. Поэтому давайте договоримся так: сядьте и напишите мне ругательства, а я их прочитаю и запью водкой!
Предложение было принято. Боже ж ты мой, я и предположить не мог. Что ругательства могут быть столь разнообразными и утонченными!
Наконец последняя точка была поставлена, и листок передали мне со словами: «Читай с выражением!» Никогда не забыть мне этой картины! Хохот сотрясал комнату, смеялись до слез…»
Четыре года – два ранения и тяжелая контузия. Награжден многими орденами и медалями, главной из которых считает первую награду – медаль «За отвагу». Подолгу лечился в госпиталях и готовился к сдаче экзаменов за оставшиеся курсы института. И… собирал фронтовой фольклор – в действующей армии, в перерывах между боями, на лечении.
В 1995 году Институтом российской истории в Москве была издана его книга «По дорогам войны. Воспоминания фольклориста-фронтовика». Академик А. М. Самсонов в рецензии к этой книге пишет: «Записи Л. Н. Пушкарева – это живое и достоверное свидетельство воина-фронтовика, сумевшего в трудных условиях фронтового быта записать и сохранить то, что исполнялось на фронте, в походах, на отдыхе, в казармах, в землянках…».
После демобилизации Лев Никитич поступил в аспирантуру МГУ им. Ломоносова. Защитил кандидатскую диссертацию. Затем почти полвека проработал в Институте Российской истории РАН, где прошел путь от младшего до ведущего научного сотрудника, доктора исторических наук. В «арсенале» Льва Никитича более 500 научных трудов, в том числе девять широко известных книг по истории общественно-политической мысли России ХVII века, о духовном мире крестьян и других сословий российского общества ХVII- ХVIII веков, как, например, «Шестьсот лет Куликовской битве», «Декабристы и Сибирь» и др.
Будучи на пенсии, Лев Никитич продолжает научную работу, долгое время был Всесоюзным лектором по распространению научных и политических знаний. Дома на стене у него висит большая карта, на которой отмечены все места, где он побывал – целая сеть.
А в конце января этого года в ведущем французском журнале «Славянское обозрение» опубликована его статья «Женщины, дети. Воспитание и обучение в семье по русским пословицам». Статья эта – безгонорарная, но в подарок Лев Никитич получил журнал и 20 оттисков статьи на французском языке.
Гордость вызывает и дочь Льва Никитича – Наталья. Она в своих научных званиях даже перещеголяла отца: Наталья Львовна – профессор, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института этнологии и антропологии Российской Академии Наук, вышла даже на мировой уровень. Основная тематика ее работ – женская.
Вот такая интересная семья и, на мой взгляд, плодородная почва для музейных работников.
А в заключение хочу привести слова великого поэта, классика таджикской и персидской литературы Абулькасима Фирдоуси, которые, по моему мнению, весьма подходят к каждому из огромного давнего рода семьи Пушкаревых:
В цепи человек стал последним звеном,
И лучшее все воплощается в нем.
Как тополь, вознесся он гордой главой,
Умом одаренный и речью благой.
Вместилище духа и разума он,
И мир бессловесных ему подчинен.
Анна БАЙРАМОВА
« назад
|
|
 |
|
 |
|
|
Комментарии
Знакомства
