|
Цветы и подарки!
Доставка по России!
|
|
 |
На дне! |
 |
| |
В редакцию «Зари» пришло письмо. Доведенные до отчаяния жильцы дома № 20 на Тульском шоссе буквально криком кричат о помощи. Дело в том, что их спокойную жизнь превращает в кошмар соседка Т. С. Иванова из 69-й квартиры. Вот что они пишут: «Эта квартира является притоном, где по ночам собираются собутыльники. Слышны крики, шум, драки. Зловоние из квартиры распространяется на весь подъезд – в ней забита канализация, отключены вода и газ. Поэтому пищу Иванова готовит на костре. Из-за чего по всему подъезду расползается запах дыма. Женщина ходит грязная, с головы сыплются вши, все тело покрыто язвами.
Сейчас лето, и мусорная свалка в квартире начала гнить. Появились навозные мухи, тараканы, блохи.
Мы неоднократно обращались в администрацию города, к главврачу центра Госсанэпиднадзора, в милицию, пожарную охрану – ответа не получили ни от кого.
Единственное, кому хочется сказать, спасибо - депутату горсовета Т. П. Баевой. Она помогла поместить Иванову на лечение в наркологическое отделение. Мы немного передохнули. Но после лечения все продолжилось по-старому».
Люди желают знать: «Сколько еще предстоит жить в кошмарных условиях? Можно ли оказать какое-либо воздействие на Иванову? Возможно ли ее выселение?
Те же соседи утверждают, что у женщины есть сын, который в состоянии ухаживать за матерью. В связи с этим возникает еще один вопрос: «Можно ли принудительно заставить сына опекать свою мать?».
Первый мой визит был в ПЧ-29 к руководителю отдела госпожнадзора Е. И. Левшину. Он поведал, что письменного заявления от жильцов в пожарную охрану не поступало. Был, правда, телефонный звонок с просьбой о помощи. Инспекторы ГПН разыскали сына Ивановой и настоятельно порекомендовали тому воздействовать на мать, чтобы люди не жаловались. Тот пообещал сделать все возможное, но, как видно, результатов ноль.
Кроме того, говорит Евгений Иванович, без разрешения самой Ивановой в квартиру не попасть. И даже если она с понимающим взглядом выслушает инструктаж по пожарной безопасности, распишется за него, где гарантия, что завтра, напившись, она или ее собутыльники не бросят горящую сигарету в кучу тряпья. И если в случае пожара пострадают соседи, то Иванову через суд можно заставить компенсировать им убытки. Только загвоздка в том, что единственное ее имущество - хлам с ближайшей свалки. В итоге получается замкнутый круг. Но Левшин посоветовал соседям все же обратиться в суд.
В милиции услышала примерно то же самое, что и в пожарной охране. Раньше, говорит участковый А. Б. Давыдов, в Уголовном кодексе была статья, предусматривающая ответственность за содержание притонов. Теперь ее отменили.
Статья за распитие спиртных напитков в общественном месте к Ивановой не приемлема – употребляет-то она в домашних стенах. Алексей Борисович, впрочем, не теряет оптимизма – мол, за женщиной установлен надзор, ее квартиру будут регулярно навещать представители органов.
Процесс выселения тоже не прост, как кажется на первый взгляд. Остается лишь надеяться на совесть сына, который, кстати, как говорят соседи, уже приватизировал жилье своей беспутной мамаши.
Рассказы должностных лиц остаются лишь таковыми, если воочию самой не убедиться, что за беда соседствует с нормальными людьми в одной из пятиэтажек нашего города.
Участковый Давыдов согласился стать экскурсоводом в столь нашумевшую квартиру. Уже на первом этаже в нос полезли такие «ароматы», что впору вспомнить о противогазе. И чем ближе была квартира Ивановой, тем резче становился запах. Войти в жилище – дело плевое, так как дверь держится буквально на честном слове. Сразу же попадаем в окружение мух. Дышать в жилище невозможно. Навстречу вышла бабулька с веником в руке.
Увидев милиционера, стала показывать плоды своего труда и уверять, что не выйдет из дома, пока не наведет порядок. В зале действительно чуть чище. На кухне обилие тряпок, банок, какой-то рухляди.
Тошнотворный запах не дал пообщаться с хозяйкой, и мы покинули квартиру. Невольно подумалось: неужели человек способен выживать в таких скотских условиях? Как утверждают соседи, у женщины давно все пропито - и ванна, и унитаз, и раковина. Ее жилище больше напоминает берлогу зверя, но и тот вряд ли устраивает в ней хаос.
Раньше Иванова работала в одном из городских детских садов. Когда началось привыкание к «зеленому змию», уже не упомнить, но тяга оказалась такой, что опустила бывшую воспитательницу на самое дно. И не мудрено, что сейчас на нее с отвращением смотрят те родители, которые раньше доверяли ей своих детей. Даже собственный сын не протянет руку помощи. А ведь Иванова получает пенсию, почему нельзя пристроить ее в таком случае в палату сестринского ухода, где за ней бы приглядывали?
Ведь до беды в этом доме - один шаг. В пьяном угаре всякое может случиться в квартире, и не дай Бог, какой-нибудь нетрезвый самоделкин ухитрится вывернуть заглушку из газовой трубы. Последствия будут самые ужасающие…
И как же был прав один из литературных критиков, написавший: «Вглядываясь в образы «Дна», миллионы людей говорили себе: если даже отброшенный назад, почти к пещерному бытию человек, не превращен в зверя – значит, человеческое сильнее звериного…». И миллионы людей на всех языках повторяют вдохновенные строки из горьковской пьесы: «Человек – вот правда!», «Человек – это звучит гордо!».
Ольга Карпухина,
студентка отделения журналистики
« назад
|
|
 |
|
 |
|
|
Комментарии
Знакомства
